В заключительной части своих сих записок хочу коснуться важной догматической истины, которую мы, православные, исповедуем и которая проявилась в моей жизни в чудесной форме. Эта истина называется Промыслом Божиим. Учение об этой истине раскрыто в Священном Писании и в Священном Предании.
Определение о Промысле Божием читаем в катехизисе следующее: “Промыслом Божиим называется попечение Бога о мире и человеке, по которому Господь сохраняет и направляет установленные в природе законы и силы, а когда этого бывает недостаточно, чудесно помогает людям, особенно в деле спасения их. Все доброе в жизни человека не случайно бывает, и не нами создается, от Бога нам подается, как и сказано: “всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов” (Иак. 1:17).
О Промысле Божием знали древние языческие народы Греции и Рима, но называли эту истину “судьбою” или “роком.” Оба эти понятия удержались в сознании многих христиан до настоящего времени. Они употребляются часто в жизни христианами, не понимая ни их действия, ни их значения. А о Промысле Божием мало знают.
Святой Иоанн Златоуст, архиепископ Константинопольский (III-IV) говорит в одном своем поучении следующие слова: “Если же есть рок, то нет суда; если есть рок, то нет веры; если есть рок, то Бога нет; если есть рок, то нет добродетели и нет порока; если есть рок, то все напрасно, все без пользы делаем и терпим; нет похвалы, нет порицания, нет стыда, нет позора, нет законов, нет судилищ.” В другом месте он поясняет: “Не будем приписывать управление миром демонам; не будем думать, что о настоящих делах никто не промышляет; не будем противопоставлять Промыслу Божию тиранию какого-то рока или судьбы. Все это преисполнено богохульства.” Эти языческие верования в судьбу и рок не должны занимать христиан.
Для укрепления веры в Промысел Божий святой апостол Иаков поучает: “Послушайте вы, говорящие: сегодня или завтра отправимся в такой-то город, и проживем там один год, и будем торговать и получать прибыль. Вы, которые не знаете, что случится завтра: ибо что такое жизнь ваша? пар, являющийся на малое время, а потом исчезающий. Вместо того, чтобы вам говорить: если угодно будет Господу, и живы будем, то сделаем то или другое” (Иак. 4:13-15).
Этими словами святой апостол Христов указывает на то, что в жизни каждого человека действует Промысел Божий, от которого же зависит человеческая жизнь. Хотя нам дарована Богом свободная воля, но человеческая воля должна согласоваться с волей Божией. Человек, живущий по воле Божией и исполняющий заповеди Его, находится под воздействием Промысла Божия. Ветхозаветный Псалмопевец говорит: "Господом утверждаются стопы праведника... когда он будет падать, не упадет, ибо Господь поддерживает его за руку" (Пс. 36:23-24). В ином месте тот же Псалмопевец поучает: "Господь хранит пришельцев, поддерживает сироту и вдову, а путь нечестивых извращает" (Пс. 145:9).
На Слове Божием создались русские пословицы: “Без Бога ни до порога, а с Богом хоть за море,” а также многие другие подобного содержания.
Из моих наблюдений в жизни я вынес впечатление, что каждый человек находится под влиянием трех сил духовных: воли личной, человеческой, греховной; воли диавольской — злой и губительной и воли Божией — всеблагой и спасительной. Воля Божия выражена в заповедях Господних, в Евангелии. Христианин, живущий по заповедям Божьим, выполняет волю Божию. "Господом утверждаются стопы такого человека, и Он благоволит к пути его" (Пс. 36:23).
В свои молодые годы я мало знал обо всем этом и серьезно не задумывался о Промысле Божием. С этой истиной я познакомился из богословских книг по догматическому богословию. Но в них было изложено учение богословское весьма сухим богословским языком, мало доступным к пониманию и запоминанию. Изучалось только до получения удовлетворительней отметки, но не охватывало человеческого существа, поэтому быстро забывалось. Дальнейшая жизнь меня научила понимать эту святую истину учения о Промысле Божием, а понимание ее укрепляло мою веру.
В свете веры в Промысел Божий я проследил всю свой жизни и понял, что Милосердный Господь наш Иисус Христос многократно спасал меня от ложного пути жизни и направлял мою волю по иному пути, Богом избранному. Как могло случиться, что я, выйдя из светской сельской среды, мог стать тем, кем я стал — служителем Церкви Христовой в епископском сане. Только Господь меня избрал и поставил на пьедестал этого высокого служения. А моего стремления к карьере не было. В этой карьере осуществлялась не моя воля, а воля Всевышнего, если вспомнить, при каких обстоятельствах произошла моя хиротония во епископа.
Моя духовная карьера нисколько не похожа была на карьеру епископов в старой Императорской России. Там, оканчивал молодой человек духовную академию, принимал монашество и его карьера уже была обеспечена. В мое время все складывалось иначе, часто наперекор судьбе.
Выросши в деревенской глуши Урочище Завитая, я полюбил деревенскую жизнь, её тишину, красоты природы. И в молодости, по окончании шести классов гимназии, я захотел стать сельским учителем и уже поступил на учительские курсы, но Высшая Сила мне внушила отказаться от этого. Ставши учителем, моя жизнь пошла бы по светскому пути.
По окончании гимназии меня уговаривали жениться и сватали богатых невест, но мое сердце не лежало к этому, да и кроме того я не нашел себе невесты по сердцу. Это было искушение. И таких искушений я преодолел много, Господь мне помогал.
Мечтал поступить на медицинский факультет и быть врачом, но из этого ничего не получилось, а Господь позвал меня на богословский факультет и привел меня к монашеству и духовному врачу.
Наша семья не была религиозна и ничем не отличалась от множества других таких же семейств. Но в этой семье я один вырос, будучи с детских лет глубоко религиозным до мистицизма. Врожденное чувство религиозности усилилось во мне под влиянием моей благочестивой и болезненной матери, Евы Степановны. После ее ранней кончины (мне было 11 лет) моим воспитанием и обучением занялся мой отец, Викентий Доминикович, человек мало религиозный и простой, но хотел, чтобы его младший сын Антон, это значит я, получил образование. Он определил меня в гимназию, но, к сожалению, скончался от тифа в. 1922 году, когда мне было не полных 18 лет. Болел и я тогда сыпным тифом, но Господь избавил меня от смерти.
Впечатлительность, сентиментальность и любовь к красоте всегда были чертами моего характера. Цветы, картины, живопись, пейзажи леса, полей, лугов, гор и моря сильно увлекали меня. В ранней молодости я сам рисовал и довольно хорошо, но житейские условия не позволяли мне заняться этим искусством. С отроческих лет мне нравились длинные священнические рясы, богослужебные ризы, церкви, патриархальный внешний вид священника в рясе с длинными волосами на голове и бороде и с сияющим крестом на груди. Почему-то мне снились в молодости вещие сны с указанием моего духовного сана и даже епископства. Я не придавал им значения и не верил в них. Война немецко-советская приснилась мне задолго до ее начала с таинственным указанием ее исхода не в пользу Гитлера. Нападение немцев на Югославию в апреле 1943 года приснилось мне заранее. Эти сны я объяснял особым состоянием своей нервной системы. Снятся они и теперь.
Впечатлительность и сентиментальность причиняли мне много неприятностей. Иногда из-за пустяка я тяжело переживал. Это отражалось отрицательно на здоровье и на нервной системе. Как-то я прочитал стихотворение В. Венедиктова, который писал:
Не дала мне судьба
Ни черствого сердца, ни медного лба.
С черствым сердцем я жил бы припевая,
А с медным лбом, мне все-б было нипочём.
У меня не было по природе ни черствого сердца, ни медного лба, поэтому приходилось зря душевно страдать.
Мои страдания начались в эмиграции. Знаменательно было то, что моя епископская хиротония состоялась в неделю крестопоклонную, когда посреди церкви лежал вынесенный для поклонения Святой Крест и когда за Божественной литургией читали Евангелие о крестоношении. Это совпадение пророчески указывало мне на мое крестоношение в епископском сане. Будучи на родине этого я еще не чувствовал, но в последние двадцать лет моего архипастырского служения в Австралии и Аргентине крест моего служения иногда казался мне не по силам. Печально было сознавать, что этот крест мне отягчали мои собратья архиереи и в первую очередь члены Архиерейского Синода.
Ни к кому я не питал злобы и быстро забывал обиды. Я считал себя хуже всех и потому ничем не гордился. Со всеми людьми, с духовенством и мирянами, вел себя запросто. И такое мое поведение часто мне же вредило. Многие начинали относиться ко мне за панибрата, что не было полезно в моем архиерейском сане. Важничать я не умел, это не лежало в моем характере.
Монахом я стал на 23 году жизни, но в монастырях приходилось жить мало, а свое пастырское служение проходил в миру. Соблазны и искушения меня одолевали, но я боролся с ними со всею силою своей воли. Миряне и приходские священники подшучивали надо мною по поводу моего монашеского подвига. Господь укреплял мои силы, благодаря чему побеждалось зло.
Много я читал святоотеческой литературы, которая помогала мне противодействовать искушениям.
Святой Василий Великий (IV в.) описывает тяжесть монашеского и подвижнического жития, что мирским людям мало известно. “Кто живет по Богу, у того много наветчиков и нередко самые близкие к нему подсматривают за его жизнью. Люди порочные часто и прекрасные дела стараются оклеветать, а маловажных погрешностей не терпят оставить не осмеянными. Как на поприще, если какой борец поскользнется, то противник наступает на него немедленно, наносит ему удары, доводя его до совершенного падения; так и они, как скоро увидят, что живущий в подвиге добродетели уклонился от совершенства, нападают на него, как стрелами поражают его укоризнами и клеветами,” — пишет святой Василий Великий
Святой Тихон Задонский (ХVIII век) поучает: “Неприятель, когда видит свое изнеможение, других союзников своих на помощь призывает, так и враг наш диавол, когда сам не успевает против христианина, то ищет себе в помощь злых людей и борет чрез них христианина.” Особенно в этом преуспевают женщины, которые послужили поводом для русской народной пословицы: “Где диавол сам не возьмет, туда бабу пошлет.”
В минуты испытаний я молился словами Псалмопевца: "Боже мой! Избавь меня из руки нечестивого, из руки беззаконника и притеснителя" (Пс. 70:4). "Изми мя от враг моих, Боже, и от восстающих на мя избави мя."
Будучи в священно-иноческом сане, я глубоко почитал святые храмы. Где бы я ни служил, везде заботился об их благолепии и чистоте, часто делая эту чистоту своими руками. Священным правилом для меня были слова: "Возлюбих благолепие дому Твоему и место селения славы Твоея, Господи."
С верою и благоговением я всегда почитал Божию Матерь. По вере и молитвам Она исцелила меня от туберкулеза легких в 1928 году в Почаевской Лавре через чудотворную Свою Икону Почаевскую. Она привела меня для служения в Турковичи, где пребывала Ее Святая Икона Турковицкая, а в 1942 году в Жировицкий монастырь к подножию Ее Чудотворной Иконы Жировицкой. С верою и упованием я относился к Царице Небесной, как своей небесной Покровительнице и Заступнице.
Будучи материально обеспеченным по должности при Варшавском университете, часть своего жалованья я раздавал бедным студентам богословского факультета, своим воспитанникам, а на остававшиеся деньги строил монастырский скит в своем родном гнезде в Завитой, но пришла красная армия и все большевицкие порядки, и все мои планы разрушили. Сам же я, по милости Божией, очутился на чужбине. Подвизаясь здесь на ниве Христовой, часто вспоминаю слова поэта:
"Хотя бесчувственному телу равно повсюду истлевать, но ближе к милому пределу мне все ж хотелось почивать.” | 
